«Я прошу вас разделить со мной ярость». Что нужно знать о Юлии Навальной

«Меня не должно было быть на этом месте, я не должна была записывать это видео», — так Юлия Навальная начала видеообращение, в котором заявила, что продолжит дело своего мужа. Долгие годы она последовательно предпочитала быть женой политика, а не политиком. При этом западные политики и СМИ уже несколько лет говорят, что именно Навальная после ареста, а теперь и гибели мужа способна стать новым лидером российской оппозиции. В этот понедельник она впервые публично заявила, что готова это сделать.

Русская служба Би-би-си рассказывает, что известно о Юлии Навальной.

«Хотелось быть женой политика, а не самим политиком»

Сама Юлия Навальная в интервью журналу «Афиша» в 2014 году шутила, что «богатой донавальновсĸой биографии» у нее нет.

Пара познакомилась, когда обоим было по 22 года, на отдыхе в Турции. Сам Алексей Навальный говорил в одном из старых интервью Захару Прилепину (в те годы, когда они еще разговаривали): «Помню, она меня поразила на первых встречах: блондинка, красивая, да еще и фамилии всех министров знает».

К тому моменту Навальная закончила факультет международных экономических отношений в Плехановском институте и стажировалась один семестр в Дании в бизнес-шĸоле. Затем работала в одном из мосĸовсĸих банĸов, потом во внешнеторговой ĸомпании. «Там был достаточно тяжелый график работы — как-то раз 31 декабря я просидела в офисе до девяти вечера, после чего Алексей, с которым мы уже стали встречаться, сказал, что что-то это как-то, наверное, не слишком здорово», — вспоминала она в 2014 году.

Люди, близкие к семье Навальных, говорили, что у Юлии никогда не было собственных профессиональных амбиций, писал журнал Vanity Fair. Какое-то время она продавала изделия из лозы с фабрики родителей Навального, однако после рождения младшего ребенка, Захара, в 2008 году уже не пыталась вернуться к работе, в том числе открыто связывая это с расследованиями мужа.

«Когда антиĸоррупционная деятельность Алеĸсея стала более известна, оĸазалось совсем очевидно, что я просто не смогу работать. В ĸаĸую бы я организацию ни пришла, будет тяжело и для организации, и для меня», — объясняла она в интервью «Афише».

«Мне всегда хотелось быть женой политика, а не самим политиком», — говорила она в интервью 2014 года и потом почти дословно повторила это в начале 2021-го изданию Harper's Bazaar, уже после нескольких лет судебных преследований и отравления Навального боевым ядом «Новичок».

Тогда же она говорила, что «свою главную задачу» видит в том, чтобы «несмотря ни на что, у нас в семье ничего не изменилось: дети были детьми, а дом — домом».

Однако в 2021 году Навальная все же оговорилась: «То, что я делаю на своем месте, в какой-то мере тоже политика». В ее случае высказыванием становился сам факт того, что она всегда была рядом с мужем-оппозиционером. Как отмечали западные СМИ, это совсем не характерно для российской политики, где жены чаще всего — непубличные фигуры. С 2013 года, после развода Владимира Путина, в России и вовсе нет первой леди.

Сама Навальная связывала отсутствие жен в публичном пространстве не только с патриархальностью российского общества, но и с коррупцией. «Публичной политиĸи в России не существует, вот жены чиновниĸов не на митингах с ними за ручĸу стоят, а используются для легализации огромных теневых доходов», — говорила она в интервью «Афише».

Сама она была рядом с Навальным на десятках судебных заседаний, сопровождала его в поездках по стране во время президентской кампании 2018 года, поднималась на сцену во время митингов и шла рука об руку на акциях протеста.

В частности, в сентябре 2013 года, перед выборами мэра Москвы, в которых участвовал Навальный, Юлия Навальная вышла на сцену с речью. Рассказывая, что уже тогда началось давление на Навального и что к обысками приходили даже к ее старой бабушке, она заявила: «Наша семья воспринимается властью как место, по которому она может сильнее всего ударить <…> Но я вышла сюда, чтобы сказать: если кто-то во власти воспринимает семьи как уязвимое место, то они ошибаются: семья — это сила каждого нормального человека, а тем более настоящего политика».

«Скала, на которой стоит Алексей»

Журналистка Евгения Альбац, которая близко общалась с семьей Навальных, в интервью Independent в 2021 году так описывала роль жены политика в его жизни: «Юлия — это его коуч. Она делает его лучше. Вся его жизнь направлена на то, чтобы в первую очередь добиться ее одобрения».

«Навальный-политик — это два человека: Юлия и Алексей», — также говорила Альбац журналу Vanity Fair. По словам Альбац, Юлия читала все, что писал Навальный, перед публикацией, с женой Навальный советовался, как лучше сформулировать свои идеи. До того, как у оппозиционера появился пресс-секретарь, именно Юлия писала в его соцсетях, когда тот находился под административными арестами. Она же выбирала одежду для Навального и помогала выстроить его образ. «Юлия — это скала, на которой стоит Алексей», — говорил бывший менеджер ФБК Владимир Ашурков (объявлен российскими властями «иноагентом»).

Искушение представить Юлию Навальную как первую леди оппозиции, самостоятельную политическую фигуру, было у многих на протяжении последних 12 лет — все годы систематического преследования самого Навального.

Навальная от этого ярлыка открещивалась, в том числе почти никогда не давала интервью и изящно уходила от попыток журналистов обсудить судьбы России. «Я развивать эту тему не буду, потому что в таĸие моменты все обычно считают, что я просто дословно воспроизвожу его слова. Вот его слова, ĸ сожалению, почему-то ниĸто не воспринимает ĸаĸ мои!» — шутила она в интервью «Афише» в 2014 году.

В 2017 году кандидат на пост президента России на выборах 2018 года Ксения Собчак в интервью Юрию Дудю (объявлен российскими властями «иноагентом») рассказывала, что якобы еще до начала президентской кампании предлагала Навальному выдвинуть на этот пост его жену. По словам Собчак, было понятно, что самого политика на выборы не допустят (так в итоге и случилось).

Спустя несколько лет по этому пути пошла семья белорусского оппозиционера Сергея Тихановского. Семья Навальных от этого варианта отказалась. «Голоса не передаются», — так ответил Навальный на это предложение, рассказывала Собчак.

Но после отравления Навального именно его жену называли «новым лицом сопротивления Владимиру Путину» в западной прессе.

«Я должна не расклеиться и забрать его»

В августе 2020-го Навальный почувствовал себя плохо в самолете, летевшем из Томска в Москву. Самолет экстренно сел в Омске, и оттуда Навального доставили в больницу, где его ввели в искусственную кому. Навальная спустя несколько часов прилетела в Омск и сразу же поняла, что ей нужно забрать оттуда мужа, рассказывала она журналисту Юрию Дудю.

«Я понимала, что я не могу расслабиться, потому что я его самый близкий человек, я жена, если я расклеюсь, то все по очереди начнут расклеиваться. И я постаралась собраться. <…> С каждым моментом, пока мы были там, я понимала, что я должна его забрать, не расклеиться и забрать», — говорила она.

Речь шла о том, что Алексея нельзя оставлять в руках российских врачей, потому что они не смогут установить настоящий диагноз. Омские врачи сразу же поставили диагноз «нарушение обмена веществ» и исключили отравление. Окружение Навального настаивало на том, что его нужно перевозить в зарубежную клинику, но врачи отказывали в этом, ссылаясь на его нестабильное состояние.

Бывший главред радиостанции «Эхо Москвы» Алексей Венедиктов (его власти России также считают «иноагентом») тогда заявил, что Юлии Навальной нужно публично обратиться к российскому президенту, чтобы он разрешил транспортировку ее мужа в немецкую клинику. Пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков также сказал, что Кремль готов помочь с перевозкой Навального, если такой запрос поступит.

Окружение Навального тогда расценило, что заявление Венедиктора было посланием из Кремля: вам нужно лично попросить Путина о помощи, писал в 2021 году журнал Vanity Fair в статье-профайле Юлии Навальной. Сам Венедиктов также не отрицал, что лоббировал интересы Навального через свои контакты в Кремле, но заявил, что личное обращение Навальной — это его идея, а не кремлевских чиновников.

Навальная написала письмо Путину. По тону оно было именно требованием, а не просьбой. «Я считаю, что Алексею нужна квалифицированная врачебная помощь <…> Официально обращаюсь к вам с требованием о разрешении транспортировки», — говорилось в ее письме. Через два дня после отравления Навального перевезли в Германию. Почти сразу немецкие врачи диагностировали, что политика отравили боевым ядом из группы «Новичок».

Сам Навальный в интервью Дудю после своего отравления смеялся, что Юлия в личных разговорах выражает куда более «радикализированные» взгляды на политику, чем сам оппозиционер. И говорил, что именно ситуация с омскими врачами сильно повлияла на его жену.

«Ты должен бегать по больнице, чтобы своего супруга вытащить, и когда ты видишь этих единороссов — ты, конечно, становишься радикальнее. Когда ты не политик и видишь самую темную сторону противодействия твоей семье — безусловно, это тебя радикализует на эмоциональном уровне», — говорил Навальный.

Это подтверждала и сама Навальная. «Давящая власть чиновников. С этим я столкнулась в омской больнице, когда главный врач — обязательно депутат от „Единой России“. Он боится сказать лишнее слово, у него трясутся ручки. Он не боится за пациентов, ему наплевать на них, он боится, что ему скажет начальство. Начальство для врачей намного страшнее, чем то, что случится с пациентом», — описывала она этот эпизод в интервью Дудю.

«Держись, моя любовь»

В Германии семья Навальных провела несколько месяцев. Потом политик решил вернуться в Москву. Прямо перед возвращением Навальная дала интервью российскому Harper’s Bazzar. «Нет никакой жертвенности, — отвечала она на вопросы журналистки. — Мне нравится то, что делает Алексей, я считаю это правильным. Бывает немножко страшно, после августа — чаще. Но он не отступает, и я не буду».

В январе 2021 года они вместе сели на борт, летящий в Россию. Сразу по прилете Навального арестовали. После этого супруги видели друг друга только в зале судебных заседаний.

Вскоре Юлия Навальная уехала из России и возглавила кампанию за освобождение своего мужа. Но в делах российской оппозиции в изгнании не участвовала и о политике традиционно почти не высказывалась.

Иногда это приводило к скандалам. 25 января 2022 года вышел фильм «Навальный» — он рассказывал об отравлении политика и о причастности к этому российской ФСБ. Через несколько месяцев после премьеры фильм номинировали на главные кинопремии в мире — многие из них картина в итоге получила. В феврале 2023 года Навальная вместе с командой оппозиционера выходила на получение BAFTA. А через несколько недель после этого вышла на красную дорожку «Оскара», а затем и на сцену — за призом за лучший документальный фильм.

Во время церемонии Навальная произнесла небольшую речь. «Мой муж в тюрьме только за то, что говорил правду. Мой муж в тюрьме только за то, что защищал демократию. Алексей, я мечтаю о дне, когда ты станешь свободным и наша страна станет свободной. Держись, моя любовь», — сказала она.

Это выступление возмутило многих жителей Украины, которым показалось неправильным, что жена Навального ничего не сказала о полномасштабном вторжении, которое Россия начала в феврале 2022 года. На негативную реакцию влияла и когда-то произнесенная Навальным фраза о том, что «Крым это не бутерброд». (Сам политик после начала полномасштабной войны несколько раз подчеркивал, что поддерживает полное восстановление границ Украины по состоянию на 1991 год.)

Сама Юлия Навальная эти упреки не комментировала. В большом интервью Der Spiegel, которое она дала вскоре после победы «Навального» на «Оскаре», еще раз подчеркнула, что главное в ее жизни — это письма мужу и забота о детях.

В этом интервью она упомянула о войне, которую начала Россия, но особенно не распространялась по этому поводу: «Путин не остановится ни перед чем, чтобы сохранить власть и деньги. После полномасштабного вторжения в Украину, думаю, это стало очевидно всем. Это невозможно простить. Он даже зашел так далеко, что угрожает миру ядерным оружием».

Во время того интервью журналист еще раз прямо спросил ее: не хочет ли она начать политическую карьеру?

«Я не думаю, что это та идея, с которой я хочу заигрывать. Конечно, я прочитала много статей, посвященных этому вопросу. Но я понимаю, что для того, чтобы участвовать в выборах и стать политиком, нужно этого захотеть. Нет особого смысла думать об этом с точки зрения замены: что мой муж попадает в тюрьму, а я подменяю его», — заявила она. При этом сказала, что является членом совета директоров Фонда борьбы с коррупцией — в чем заключалась ее роль там, она не уточняла.

«Я буду продолжать дело Алексея Навального»

После смерти Алексея Навального встал вопрос: кто теперь будет лидером оппозиции и сможет ли кто-то продолжить дело этого политика? Многие эксперты и СМИ предположили, что стать таким человеком может именно его жена, до этого от политики дистанцировавшаяся.

Например, об этом газете FT сказал один из самых известных философов современности Фрэнсис Фукуяма, работавший с командой Навального. «Я думаю, что даже отдаленно нет никого, кто мог бы занять его место», — сказал он сначала. А потом добавил: «Юлия — очень волевая женщина. Возможно, она сможет принять эстафету».

Фукуяма при этом отметил, что всем только предстоит узнать, есть ли у Юлии Навальной те важные качества, которыми обладал ее муж — например, «уникальное чувство юмора» и умение «разговаривать с обычными людьми».

«Юлия Навальная становится политической фигурой, хочет она того или нет. Ее слово теперь приобретает особую значимость и вес в оппозиционной среде (внешней, внутренней, в политических и дипломатических кругах). Ей этим ресурсом придется распоряжаться», — написала политолог Татьяна Становая.

О том, что многие после смерти Навального смотрят на его жену как на фигуру с «политическим будущем», писала и New York Times. Газета обратила особое внимание на выступление Юлии Навальной на Мюнхенской конференции по безопасности, где та выступила с речью в день смерти своего мужа.

Тогда, днем 16 февраля, никаких подробностей о том, что случилось с Навальным, еще толком не было. Семье о том, что политик умер, еще не сообщили.

«Если это правда, я хочу, чтобы Путин, все его окружение, путинские друзья, его правительство знали, что они понесут — за то, что они сделали с нашей страной, с моей семьей, с моим мужем — ответственность. И этот день наступит очень скоро. И я хочу призвать мировое сообщество, чтобы мы вместе сплотились и победили это зло, победили ужасающий режим, который сейчас в России», — заявила Навальная.

Эту речь заметили не только пресса и сторонники оппозиционера, но и российские власти. Выступление прокомментировал первый зампостпреда РФ при ООН Дмитрий Полянский. Появление Навальной на мюнхенской конференции он сравнил с «роялем в кустах», а еще поспешил подчеркнуть, что она не имеет никакого отношения «ни к политике, ни к безопасности».

Тем же вечером Юлия Навальная встретилась с главой белорусской оппозиции в изгнании Светланой Тихановской. Двух этих женщин ставили в один ряд и до смерти Навального, но теперь сравнения только усилились. Тихановская пришла в политику в 2020 году после того, как ее мужа сначала не допустили на выборы президента Беларуси, а потом посадили в тюрьму.

Еще в прошлом году в интервью Spiegel Навальная говорила о выборе Тихановской так: «Я восхищаюсь тем, что она делает. Но как я и говорила, нужно хотеть быть политиком, чтобы так поступить. А я сделала другой выбор: мой муж — лидер оппозиции, он в тюрьме, я поддерживаю его и привлекаю внимание к этой ситуации».

Разговор Навальной и Тихановской прошел в закрытом режиме, поэтому его содержание неизвестно. На фото, сделанных перед его началом, женщины похожи скорее на лидеров двух государств во время важных переговоров, чем на жен преследуемых политиков.

После появления в Мюнхене Юлия Навальная несколько дней хранила молчание, ограничившись лишь постом «Я тебя люблю» под их совместным фото в "Инстаграме". Однако утром в понедельник 19 декабря выложила девятиминутный ролик в только что созданном аккаунте в X (бывший "Твиттер"). Его заголовок прямо отвечает на вопрос о политических планах Юлии Навальной. Он такой: «Я продолжу дело Алексея Навального».

В эмоциональном выступлении Юлия Навальная обвиняет президента России Владимира Путина в убийстве своего мужа и говорит, что вместе с ним были убиты половина ее сердца и половина ее души.

«Но у меня осталась вторая половина, и она подсказывает мне, что я не имею права сдаваться. Я буду продолжать дело Алексея Навального. Продолжать бороться за нашу с вами страну», — сказала она.

В этот же день Навальная встретилась в Брюсселе с лидерами Евросоюза — председателем Европейского совета Шарлем Мишелем и верховным представителем ЕС по иностранным делам и политике безопасности Жозепом Боррелем. Они пообещали оказывать поддержку «российскому гражданскому обществу и независимым СМИ», сообщил Боррель. Вместе с Навальной на встрече присутствовали нынешняя глава ФБК Мария Певчих и ее предшественник на этой должности Леонид Волков.

«Я призываю вас встать рядом со мной. Разделить не только горе и бесконечную боль, которая окутала нас и не отпускает. Я прошу вас разделить со мной ярость. Ярость, злость, ненависть к тем, кто посмел убить наше будущее», — говорит Навальная в своем ролике. Из ее слов следует, что она намерена вместо со сторонниками построить «свободную, мирную, счастливую, прекрасную Россия будущего», о которой мечтал ее муж.

«Только так и никак иначе немыслимая жертва, которую он принес, может стать ненапрасной. Боритесь и не сдавайтесь. Я не боюсь, и вы ничего не бойтесь», — говорит вдова Навального